НАД ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ

СВЯТИТЕЛЬ НИКОЛАЙ СЕРБСКИЙ

(Из собрания сочинений епископа охридского и жичского Николая Велимировича (1880-1956). Дюссельдорф. Германия. Перевод с сербского языка сделан по изданию: Епископ Николаj. Сабрана дела.Том V. Линц-Аустриjа, 2001, с благословом Ньеговог Преосвештенства Епископа среднеевропеског, Господина Константина. )

Географически Балканы находятся между Востоком и Западом, а духовно – над ними.

Что это за духовная сила, которая спасает Балканы, не позволяет им и духовно быть между , но помогает быть над ?

Это Православная вера, и только Православная вера. Все остальные факторы, как то: географическое положение, культура, наука, ислам, политика, устремления страны, амбиции, — держат Балканы между Востоком и Западом. Вера же Православная поднимает их над Востоком и Западом, и только вера Православная.

Нет ничего хуже, чем находиться между . Если бы духовно православные Балканы оказались в подчинении у географических Балкан и остались между Востоком и Западом, они походили бы на того осла из басни, который умирал от голода между двумя охапками сена.

К сожалению, православные Балканы от начала XIX-го века до сегодняшнего дня очень были похожи на того легендарного Буриданового осла, который помирал от голода между двумя охапками сена, не зная, какую выбрать. В какой-то момент одна казался ему больше и вкуснее, а в другой – другая. Он изнемогал от шатания от одной охапке к другой, он упал и умирал. И весь мир смеялся над ослом как над ослом.

Балканам угрожает смерть от голода из-за болтливых языков, которые поставили их между собой. Или Балканы погибнут от голода между Азией и Европой, или их проглотит одна из этих сил, подобно акуле, если они не поднимутся над ними. Над Востоком и Западом.

Рассуждение первое.

ХРИСТОС МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ

Когда азиат читает Евангелие Христово, он говорит: «Это наш человек, это азиат, отшельник, молящийся, мудрец и чудотворец».

Когда европеец читает Евангелие Христово, он утверждает: «Это наш человек, это европеец, бродячий учитель, быстро помогающий людям, творящий добро, врачеватель, хранитель, гуманист и активист».

Так кто же такой Иисус? Азиат? Европеец? Восточный человек? Западный человек? На самом деле, и то и другое. Он — восточный Человек в высшем смысле и западный в высшем смысле. Он – Восток над Востоком и Запад над Западом. Земля – Его и весь свет – Его.

Трансцендентальность – особенность Востока, натурализм – особенность Запада. Восточный человек со скрещенными ногами – в размышлении о вечном, и западный человек с усталыми ногами – в погоне за преходящим. Кто из них ближе к Христу? Оба далеки от Него. Христос – над Востоком и Западом.

Восток настолько погружен в размышления, что у него нет времени на деятельность. Запад настолько деятелен, что у него нет времени на размышления. И то и другое есть в Господе Иисусе Христе, в полной и совершенной мере, поэтому Он превосходит Восток и Запад. Он – над ними.

Востоку с его политеизмом трудно верить в человека. Материалистичному Западу трудно верить в Бога. Иисус – человек, Христос – Бог. Две сущности – одна Ипостась. Запад легко принимает Иисуса как человека и ставит его в пантеон своих великих людей, Восток легко принимает Христа как Бога, но Иисус-человек ему не нужен. Однако Спаситель мира – и Бог и человек. Иисус Христос, таким образом, над Востоком и Западом.

Говоря о Востоке, мы имеем в виду дом, поделенный надвое изнутри, имеем в виду на две не родственные группы народов: мусульман и индусов, буддистов. Их святыни – Мекка, Бенарес и Тибет. Эти две группы являются основным содержанием и основным несчастьем Востока. Когда же говорим о Западе, имеем в виду опять же дом, расколотый изнутри. Это католичество и антикатоличество (в разных формах протестантизма). Это два главных пути западного человека, и оба неистинные. Они – заблуждение и бедность Запада. Христос – высоко над такими Востоком и Западом.

Никогда ни один азиатский мудрец не мог покорить Запад. Единственный человек, рожденный в Азии, покорил весь Запад, т. е. всю Европу и Америку с островами, и этот человек – Господь Иисус Христос. Единственный человек с Востока, которого любят на Западе.

И никогда ни один из западных учителей не мог склонить в свою сторону Азию, даже на малое время. Только один западный человек смог это сделать, западный не по рождению, но по своей власти над Западом. Это Иисус Христос, рожденный на Западе. Его власть распространилась по Средней Азии и частично в Большой Азии (в Египте и Абиссинии).

Дальше распространению Христианства на восток препятствовал ислам, а это отделившаяся еврейско-христианская секта. Ислам стал как крепостная стена между христианской передней Азией и Индией. Но и это не без Божьего промысла сделано, ведь Он в любом случае заботится о победе Христа над целым Востоком в будущие времена.

Рассуждение второе.

БАЛКАНСКИЙ ХРИСТОС

Балканский Христос – то же, что и иерусалимский, синайский, русский, а когда-то и европейский. Ибо Он один.

Балканский Христос – это Христос на Балканах, в балканской драматической жизни, в балканском одеянии, в балканской песне и символике, в балканских вздохах и слезах и кровавых могилах, в балканском воскресении.
Он воплощен во всех святых балканских:

в благочестивых царях, благонравных царицах, в патриархах и священниках, в святогорских преподобных и страдающих монахах, отшельниках, молчальниках, пещерниках, духовниках и чудотворцах; в византийских царях и полководцах, которые защищали Царьград и Иерусалим от мусульман; в сербских жупанах, королях, князьях и деспотах, которые защищали святой крест, т. е. веру Православную и от мусульман, и от монголов, и от латинян-еретиков;

· в мучениках коронованных, в мучениках крестьянах и ремесленниках, в мучениках под одеянием архиерейским и под епитрахилью, в мучениках в одежде полководца и ризе монаха;

· в мученице Злате и многих женщинах-мученицах – на многие века;

· в мученике Георгии Кратовце, ювелире, и многих мучениках-ремесленниках — на многие века;

· в мученике Патриархе Печском Гаврииле, в мученике дьяконе Аввакуме, в игумене Паисии Тырновском и игумене святоникольском Афанасии, которые были посажены на кол на Калемегдане, и в преподобном мученике Агии Лавре на Пелопонессах, и в остальных бесчисленных мучениках многих веков, в преподобных мучениках афонских, которых блаженный Акакий благословил на подвиг мученичества, которые были избиты и живыми сожжены, и в мучениках старозагорских, и во многих других – на многие века;

· в преподобных отцах и матерях наших: святой Параскеве, царице Евгении, Евфимии и в других, в святом Прохоре, Гаврииле, Йоване, Иоакиме, Клименте, Науме, Нектарии, Иоасафе, Василии Острошском, Петре Коришском, Яничии Девечском и во многих других – на многие века;

· в самоистязателях-пещерниках балканских и пещерах печских, черногорских, охридских, албанских, пелопонесских, трнавских, моравских – на многие века, в бесчисленных мучениках приморских, далмацких, боснийских, которые страдали от латинских еретиков в темницах дубровницких, сгнив или будучи отравленными ради Христа – на многие века.

Нужно ли останавливаться? Мы только начали перечислять. Кто упомянет всех? Кто перечислит всех? Это армии мучеников и мучениц от Солуня до Дуная, от Синего моря до Черного. Многомиллионная армия святых душ православных, которых не может уничтожить никакое земное время и которые записаны только в небесный календарь, в Книгу жизни человеческой.

Все они поруганы и оплеваны и избиты врагами святого Креста, как Христос евреями. Каждый пошел со своим крестом на свою Голгофу, с терновым венцом на голове, ненавидимые всеми, будто в терние одетые, выброшенные миром через врата смерти как последние, но подхваченные благой рукой Христа с другой стороны как первые.

Воистину, последние по эту сторону врат смерти, но первые – по другую.

Во имя Христово пострадали от Востока до Запада, во имя Христово победили Восток и Запад. Восток в лице турецкого ислама и монгольского многобожия, Запад в лице еретического папизма.

На лобном месте они чувствовали себя выше своих палачей: перед восточными палачами выше Востока, а перед западными палачами выше Запада. Никто из них, конечно, не думал о географии: мы между Востоком и Западом. Но все они поднимали свои мысли и сердца свои прямо к небесам, к вечной истине, за которую страдали. И всем духом своим и душою своей стояли над – над Востоком и Западом.

Рассуждение третье.

ОБ АЛЧНЫХ И ОБМАНУВШИХСЯ

Гора больше муравейника, Божья сила больше человеческой. Это ясно как Божий день.

Но когда человеческие орды и лошадиные копыта поднимают пыль на дороге, многие ослепляются и от страха ставят человеческую силу выше Божьей. Забывают о горе и спотыкаются о муравейник. Да еще и поклонятся муравейнику.

Это случилось и с сербами, которые перешли в ислам после Косовской битвы.

До них предали крест многие болгары и греки и присоединились к Муратовой армии на Косовом поле, стали под знак полумесяца против сербского креста.

Но Лазарь, величайший человек мировой истории, не споткнулся о муравейник турецкой силы и не потерял из виду гору Божьей силы, но решил со своим народом принять от людей все удары, чтобы от Бога принять все награды.

Спотыкались многие властители сербские на юге и на западе. Они забыли напоминание Христа: остерегайтесь алчности — соблазнились на богатство и удовольствия и все обманы этого света, поломали кресты в своих домах, завязали чалму на голове и начали совершать ритуальное омовение по мусульманскому обычаю (авдес) и кланяться в мечетях.

Так они продлили на некоторое время свою жизнь, но честь навсегда потеряли. Они не побоялись крови, пролитой Лазарем на Косовом поле, но пошли путем греческих и болгарских потурченцев.

Турки были представителями Востока на Балканах, пока они владели ими, а потурченцы представляют Восток после ухода турок.

Этим алчным и вероломным Востоком, этим магометанским миром, который вообще-то есть еврейско-христианская ересь, не могут стать Балканы. Балканы должны стоять над таким Востоком.

Сербское крестьянское восстание против турок под предводительством Коча, Карагеоргия и Милоша – блестящее доказательство того, что сербский народ хотел освободиться от мусульманского Востока. Он запечатлел себя верой и силой характера, возвышенными над Востоком.

С христианским знаменем сербские повстанцы вступили в неравную борьбу против знамен с полумесяцем. С верой во Христа как большей силой, чем Магомет, и в Крест Христов как более могущественного Знамени, чем полумесяц, они победили исламскую Азию.

Но, освободившись от власти Востока, они оказались в рабстве у Запада. Крестьяне Шумадии были обмануты западными сербами, своими кровными братьями из Австрии. Эти западные сербы завладели Шумадией и начали издавать законы и постановления наподобие протестантов и католиков, – а это две западно-христианские ереси. Они стали править в центральной Сербии с оглядкой на западных еретиков.

Они были грамотными и учеными, поэтому неграмотные повстанцы их очень ценили и давали им власть. Но повстанческие князья чудовищно обманулись. Их братья из Австрии были стертыми сосудами православия, они были скреплены оловом протестантизма и католицизма. Они были роковыми предшественниками западного влияния на Сербию. Они открыли все ворота и каналы к Западу и сделали так, что только что освобожденная турецкая райя (рабы) превратились в райю гнилого Запада.

Через 70 лет после поражения на Косовом поле Сербия была полностью покорена восточными еретиками, через 70 лет после второго сербского восстания освобожденная Сербия попала в полное рабство к западным еретикам. Мы имеем в виду идейное рабство: духовное, интеллектуальное, политическое и культурное.

И князь Милош и Любица, да и Вучич, увидели опасность в «немцах», но не смогли одержать над ними победу. Они кричали и предупреждали, но не смогли укрепить раненую страну. Князь Александр безвольно и малодушно попал под влияние Запада. Последние Обреновичи и Карагеоргиевичи довершили это предательство. И эти ключи Запад все еще держит в своих руках и царствует над Сербией.

Кто взбунтовался против этого добровольного предания Сербии ее врагам? Церковь Православная с крестьянским народом своим. Весь девятнадцатый век священники сербские кричали и писали: «Гнилой Запад! Гнилой Запад! Защитим себя от гнилого Запада!»

Честь и слава сербскому духовенству. Честь и слава народу сербскому! Стыд и срам тупым сербским властителям! Стыд и срам и тем властелинам сербским, которые презрели Сербскую святосавскую церковь и сербский крестьянский народ. Что заработали, то и получили. Их конец засвидетельствует гнев Божий и гнев святого Саввы. Читайте и слушайте о страшном конце сербских властителей после князя Милоша и бойтесь гнева Господня.

Много претерпели сербские священники и народ сербский из-за своего непримиримого отношения к еретическому Западу. Священников высмеивали как «русофилов» и «реакционеров», а народ сербский – как «непросвещенную массу», «глупых крестьян». И высмеивали их не столько «немцы», не столько те оловянные сербы из Австрии, сколько их же ученые сыновья из Шумадии.

Те еще были цветочками по сравнению с этими. Эти представляли собой беснующуюся клику и безбожную орду агентов «западной культуры», «просвещенности», «прогресса». Новые потурченцы, еще более опасные, чем старые. Все сербское они отбрасывали, считая его «турецким», а все турецкое презрительно называли азиатским. Но, в сущности, они не знали, ни что есть сербское, ни что есть турецкое или азиатское. Коммивояжеры западных торгашей с карликовым умом. Предатели гораздо более опасные, чем Вук Бранкович.

Рассуждение четвертое.

СТРАХ ПЕРЕД ДЕМОНАМИ И ИГРА С ДЕМОНАМИ

Восток боится демонов, Запад с ними играет.

Миллионы людей на Востоке следят за каждым своим шагом, чтобы не потревожить какого-нибудь демона. Никто там не нашел демонов; о демонах там знают, и демоны там чувствуются каждую минуту и каждую секунду, начиная от сотворения мира.

Запад – страна находок. Помимо смертоносных или торгашеских открытий, Запад обнаружил, что демоны существуют. Об этом громко кричали, особенно в нашем столетии. Но поскольку Запад ничего не считает абсолютной истиной, напротив, все там разделено по «специализациям», партиям и сектам, то и это открытие существования бестелесных духовных созданий не признается всем западным миром, ему есть отдельное место в секте людей, которые называются спиритистами. Спиритисты гордятся тем, что им дана возможность разговаривать с демонами. Они пляшут от радости, не зная, что в центре этого хоровода – сатана.

Восток не чувствует Ангелов, добрых духов Божьих, защитников и покровителей, давно он уже перестал их чувствовать. Он остался только со злыми духами, которые причиняют ему зло и которых нужно умилостивить жертвами, каждый день, каждый день.

Запад перестал видеть и чувствовать и Ангелов, и дьяволов, ему уже несколько сотен лет. Зато он принял евангелие спиритистов, с удивлением, как человек, который что-то знал, потом забыл, потом снова вспомнил. Когда-то Запад верил и в Ангелов и в дьяволов. Но эти два понятия обесценились одновременно. Теперь дьяволы являются ему через спиритистов, и он как бы в полусне начинает что-то вспоминать. Вспоминает, но не различает духов. У него заглушилось чувство различения и распознавания.

У Востока нет чувства добрых духов. Запад не может отличить добрых духов от злых. Восток защищается от злых духов жертвами, бесконечными жертвами перед идолами из камня и дерева. Запад, т. е. западные спиритисты, отдается всем духам, которые ему являются или через медиума, или с помощью магического стола, и во всех он верует.

Восток глубоко пессимистичен. Почему? Потому что знает о злых духах и не знает о благостном Боге. Знает и ощущает в своем теле и в душе присутствие и действие злых духов, но не чувствует присутствия благостного Бога, который может изгнать злых духов и защитить людей.

Спиритический Запад поверхностно оптимистичен. Абсолютно поверхностно и совершенно глупо. Спиритисты познают Бога посредством демонов, но не через воплощение Бога на земле, Сына Его Иисуса Христа, но через демонов, которые являются посредством медиумов и магии и т. д. Еще недавно безбожники, спиритисты узнают от дьявола, что существует Бог и душа. И это открытие весьма их удивляет, и они амбициозно вызывают духов, чтобы те им хоть что-нибудь сказали и предсказали.

На такой скользкой почве основывается их вера. Они считают это чем-то современным, каким-то современным открытием. А если бы читали святое Писание Божие, то знали бы, что Всевышний еще через Моисея предупредил человечество, чтобы оно остерегалось подобных прорицаний (Втор. 18, 11).

Великий Восток под властью демонов, но и спиритический Запад под властью демонов. Демонократия, таким образом, в обоих полушариях, которые сталкиваются с Православием вообще и с Балканами в частности.

Возникает вопрос: будем ли мы находиться между этими двумя демонократиями? нет, ни в коем случае. Не между, но над.

Мы знаем, что существует духовный свет. Знаем, что существуют злые духи, но также и добрые. Существует благой Бог, который сильнее всех духов вместе.

Именем Христа и Богородицы и крестовым знаменем мы прогоним всех злых духов, а молитвой привлечем к себе добрых, ангелов света, которые нас защищают и помогают нам. Таким образом мы поднимемся над не знающим Бога и пессимистичным Востоком.

С другой стороны, мы не радуемся появлению духов с того света, поскольку знаем, что это могут быть духи злые, которые нас искушают и хотят отвратить нас от пути спасения. Еще меньше мы призываем духов с того света и ищем их советов и пророчеств о будущих событиях. Тот, кто так поступает, не угоден Богу. Но надеемся на Царя духов, нашего Творца и Отца небесного, но не вступаем в сношения помимо Его воли с потусторонним миром. Таким образом мы поднимемся над спиритическим Западом.

Как наш Спаситель стоял над Востоком и Западом, так и мы пытаемся не быть стиснутыми между и между , но с помощью Христовой всегда поднимаемся над и над . Над Востоком и над Западом.

Рассуждение пятое.

ВОСТОЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ И ЗАПАДНАЯ НАУКА

Колыбель философии – Восток, от Пекина до Афин. Колыбель науки – Западная Европа и Америка. Восток – не для науки, а Запад – не для философии. Восточная философия вся в тайне, она отвлеченная, спонтанная, интуитивная.

Западная наука находится под знаком общественности, любопытства, пропаганды и интереса.

Восток – не для науки, а Запад – не для философии. Когда восточный человек обманется и поверит в науку, он принимает научные теории, но не позитивные знания. Ему тяжелее на жарком Востоке применять в жизни знание, легче в тени пережевывать европейские теории и творить из них какую-то философию, завернутую в цветастый восточный плащ.

Когда западный человек соблазнится на какую-нибудь восточную философию, он извлечет из нее одну из главных мыслей и на ней построить свою философскую систему, позволяя своим коллегам извлекать другие мысли из той же самой философии и строить на них свои философские системы. Ведь в многообразии систем видит Запад разумное богатство и культуру народа, а не в координации и единстве духа.

Как восточный человек оборачивает научные теории накидкой Востока, так и западный облекает восточную философию в грубые одежды науки. Как будто его система будет выглядеть более вероятной, выраженная терминами научного словаря и подтвержденная научными фактами.

В действительности христианский Запад не умен для философии. История западной философии – это история величайших заблуждений в прошлом человечества. Бог отнял разум у крещеных людей, которые презрели истину Божию, открытую нам Иисусом Христом, потому что хотели по своему усмотрению решить основные вопросы бытия с помощью философов-безбожников.

От начала Ренессанса до девятнадцатого века философы питались трудами Платона и Аристотеля и других безбожных греческих философов. Но когда они обглодали все эти учения, оставшись все равно голодными, то в девятнадцатом веке набросились на индийских философов, которыми до сих пор питаются, и, наряжаясь в их одежды, делают себя великими среди посредственных.

Индия – мать всех философий . Искони философствование в Индии неразрывно связано с аскетизмом. Все философы индийские были аскеты. Западный человек не понимает этого и не ценит. Ведь для него ловкости ума достаточно для составления новых философских систем. Он не принимает во внимание пост, воздержание, мораль и характер философа. Он ценит только его интеллектуальную конструкцию. Нет, западный человек не должен браться за философию. Восточные философы считаются святыми. Западные философы – это профессора. А между святым и профессором – пропасть, еще более глубокая, чем между Востоком и Западом.

Западная наука – не для восточного человека . Ведь он привык и светские знания считать чем-то святым, сакральным, как философия. Но если на западной науке нет ни малейшего ореола святости, то восточный человек боится ее и презирает. Он принимает ее лишь постольку, поскольку это необходимо, чтобы защититься от западной смертоносной власти машин. А эта власть – изуродованное дитя западной науки, это плод развода ее со святыми небесами и незаконного брака с землей. Многие противоречивые философии западные являют собой явный пример наказания Божьего из-за отвращения от Христа. Как сказал святой апостол Павел: «И как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму» (Рим. 1, 28).

Две величайших глупости, которыми гордится некрещеное человечество. Это восточная философия и западная наука. Ни то ни другое – не от благого Бога. И то и другое – от людей и дьявола . Два сумасшествия, два проклятия. На весах святой истины Христовой они равны. Христос над восточной философией и западной наукой. Он мерит, но его нельзя измерить .

А как дело обстоит с Христовыми Балканами?

Когда огниво ударяется о кремень, возникает искра. Пламя поднимается ввысь, над огнивом и кремнем. Восток столкнулся с Западом на Балканах. Если бы Балканы были тождественны огниву или кремню, это бы не были Балканы. Это был бы Восток или Запад.

Если бы Балканы захотели стать пламенем, над железом и камнем, то были бы и остались Христовыми Балканами, над Востоком и над Западом, и таким образом могли бы помочь одному и другому.

Хуже всего – быть между. Славно – быть над .

Над печалью Востока и стараниями Запада должны подняться православные Балканы. Печаль Востока – это его философия. Старания Запада – это его наука. Может ли птица лететь на одном крыле? И притом больном?

Господь, Вершитель судеб, определил Балканам место над Востоком и Западом. Поймут ли и примут ли Балканы эту провидческую судьбу или будут раздроблены, как орех между молотом и наковальней? Это вопрос не должен давать покоя ни одному сербу, пока серб не даст правильный ответ. А правилен только один ответ:

«Да, Господи, я принимаю то, что ты мне даешь, и отказываюсь от всего, что предлагают мне враги твои».

Рассуждение шестое.

О СПОКОЙСТВИИ И БЕСПОКОЙСТВЕ

На Востоке – спокойствие, на Западе – беспокойство.

Мир зарождается в человеке и распространяется на общество. И беспокойство зарождается в человеке и распространяется на общество.

Откуда это спокойствие в народах восходящего солнца? Откуда беспокойство в народах заходящего солнца?

От решенных и нерешенных вопросов бытия. Вот откуда.

Начиная от Стамбула и заканчивая Японией, все народы обладают внутренним спокойствием, потому что они живут не вопросом, но решением, т.е. давно готовым решением основных вопросов, и так до них жили еще пятьдесят или сто поколений. Исходя из этих решений восточный человек все создает, все понимает, обо всем думает и все делает. Ни шагу в сторону от этих решений. Так поступает и магометанин, и брахманист, и буддист. Эти три группы представляют огромную нехристианскую Азию.

В магометанстве все решает Коран. И все решения сводятся к двум словам: Аллах и кисмет . Это приносит мир и спокойствие мусульманским народам.

В брахманизме и буддизме, опять же, все решено в индийских философиях. И все решения сводятся к трем понятиям: карма, дхарма и реинкарнация.

Этот мир невесел в обоих случаях. Невесел в магометанстве, т.к. означает подчиненность раба господину, Аллаху. Невесел и на философском Востоке, потому что означает покорность судьбе, отчаяние, от которого нет спасения ни среди людей, ни среди богов.

На Западе царит беспокойство. Подобно снежному кому, беспокойство растет на Западе. Оно росло стихийно и в нашем веке выросло настолько, что западное человечество доведено до постоянного страха перед будущим, до расстройства нервной системы, а часто – как никогда часто – до сумасшествия.

Причина западного беспокойства такая же, как причина беспокойства Адама и Евы, отвернувшихся от Бога и повернувшихся к сатане, такая же, как причина беспокойства Каина, который убил праведного брата Авеля, как беспокойство царя Саула, который затеял гонения на праведного Давида, как и беспокойство Ахитофела, предавшего своего господина Давида и в конце концов сошедшего с ума, как и беспокойство Иуды Искариота, продавшего за проклятые деньги проклятым евреям своего Учителя и Господа, в то время как сам он дрожал от непонятного ужаса, пошел в Кедронский пролив и сошел с ума, его утроба лопнула, и внутренности его высыпались на землю, как триста лет спустя у еретика Ария.

Причина всегда одна и та же, а именно богоотступничество и принятие сатаны. Бог предупреждает по-родительски заботливо и серьезно, а сатана показывает обманчивые соблазнительные картины и привлекает к себе алчных. К своим отравленным сладостям он привлекает любящих удовольствия и ослепленных.

На Западе беспокойство. Эту их тревогу создала мечта кучки ученых, которая их жестоко обманула. Мечта уничтожила все их заветы, которыми в мире жили предки их, и все исконные вопросы открыла снова как растревоженную рану. Из-за этого на Западе все стало вопросом, все поставлено под вопрос: и Бог, и душа, и мораль, и брак, и семья, и общество, и страна, и этот свет, и тот свет. Все – вопрос и только вопрос: вопрос личный, вопрос общественный, вопрос государственный, вопрос моральный, вопрос экономический, вопросы, вопросы и только вопросы. Ни один вопрос западная наука не решила. Ведь западная наука – это железная щетка в руках антихриста, щетка, которая расцарапывает старые раны и открывает новые.

Поскольку западная наука призвана палачом людей, господином ада, чтобы создать тревогу, всевозможную тревогу, тревогу на всех планах, как внутри человека, так и во всех сферах общественной жизни.

И действительно, властелин ада создал с помощью ложной науки тревогу на Западе, неслыханную в истории человеческой.

С тревогой западный человек ложится спать, с тревогой встает. С тревогой ужинает, с тревогой обедает. Тревога стала ему сестрой, и он говорит: беспокойство – это прогресс, беспокойство – это культура, беспокойство – это эволюция, беспокойство – это жизнь. Он примирился с беспокойством и подставил свой горб под плеть беспокойства, которая сечет его изнутри и снаружи, по душе и по телу, а он говорит: спасибо, так и нужно, это способствует миру, это способствует счастью человеческому! Примирился Запад с
беспокойством и трусливо ласкается к нему, лишь бы только его ложной наукой продлить на какой-нибудь месяц или год свое существование.

А Балканы? Находящиеся между Востоком и Западом, православные народы вообще, а Балканы особенно, должны подняться:

· над ложным спокойствием Востока и страшного западного беспокойства;

· над восточной философией, которая полагает, что решила все вопросы;

· над западной наукой, которая сама признает, что все ставила под вопрос, но ничего не решила.

Балканы должны быть преисполнены миром, который превосходит разум человеческий, миром, который дал Христос апостолам своим, говоря им: «Мир свой даю вам» (Ин. 14, 27), миром, который означает радость, любовь и жизнь. Одним словом, миром, который в Боге и от Бога.

Пять сотен лет прозябали православные Балканы в рабстве, но не отчаивались. Когда, освободившись, отерли слезы с затуманенных очей и посмотрели на Восток и Запад, то увидели отчаяние с обеих сторон: на Востоке отчаявшееся спокойствие, а на Западе отчаявшееся беспокойство. Здоровый человек оказался между двумя больными.

Заразятся ли Балканы от одного или от другого отчаявшегося или восстанет, чтобы дать лекарство и помочь и тому и другому в их болезни — это загадка его, это его сфинкс.

А мы молимся Христу Богу за Балканы, чтобы они поднялись над отчаявшимся спокойствием Востока и отчаявшимся беспокойством Запада, над демонической философией Востока и демонической наукой Запада. Ныне и присно и вовеки веков – над Востоком и над Западом. Аминь.

Рассуждение седьмое.

СТРАДАНИЕ ЗА ДУШУ И СТРАДАНИЕ ЗА ТЕЛО

Восток страдает за душу, Запад страдает за тело.

Восток не верит в земной рай.

Запад не верит в небесный рай.

Пост для восточного человека – первое условие спасения. Для западного человека пост — ненормальное отрицание существующих удовольствий.

Когда-то Запад соблюдал пост и воздерживался от плотских удовольствий ради спасения души. Но мы говорим о сегодняшнем Западе, духовно ущербном, который боится, чтобы от поста не похудело его тело. Когда и церкви на Западе отказались от поста, разве можно ожидать, чтобы миряне понимали его значение и соблюдали его?

Все утверждают то, что всем ясно, а именно, что западные народы возвращаются к язычеству. Но мало кто различает одно язычество от другого. Западные народы возвращаются не к восточному язычеству, но к язычеству западному. Потому что восточное язычество связано со строгим аскетизмом, постом и различными телесными страданиями.

Если бы западные народы возвращались к язычеству восточному, они бы постились и страдали так же, как страдают народы в Индии, Тибете и Китае. Но они не возвращаются к этому язычеству восточному, но к разнузданному западному язычеству, т.е. язычеству своих некрещеных предков-европейцев.

Язычество западное было кровавым, суровым и развратным от начала до конца. Так было среди греков, еще хуже – среди римлян, а еще хуже – среди древних германцев и франков. Что могли знать о посте греки, когда у них перед глазами постоянно маячили олимпийские боги с их развращенностью? И разве могла идти речь о каком-то воздержании у кровожадных римских кесарей, которые рядом со своими столовыми содержали специальные блевальницы, чтобы иметь возможность опорожнить свой желудок от одного обеда и снова пообедать? Какой пост и какое воздержание можно представить у франкских и тевтонских народов, которые ели сырое мясо, примятое под седлом наездника?

Отход Запада от Христа означает возвращение его к язычеству, но не язычеству индийскому, но язычеству своему, западному, кровожадному и развратному, без духа и без совести. Что мы сейчас и наблюдаем.

Ислам, несомненно, более духовен по сравнению с языческим Западом. Он знаком с постом и молитвой, с понятиями Бога и души. Действительно, он духовнее интеллектуальной клики, которая смеется над постом и молитвой, отрицает Бога и душу и страдает только ради земного рая.

Но и ислам и языческий Запад в одном похожи: в понимании будущего рая. Правда, ислам представляет рай на небе, а не на земле, в то время как языческий Запад мечтает о рае на земле, а не на небе. Действительно, эти два рая, можно сказать, топографически слишком удалены друг от друга, но в сущности тождественны. Потому что и мусульмане и Запад представляют рай как полноту телесной жизни и полное удовлетворение всех телесных страстей. Чтобы обрести этот рай, мусульмане истязают себя постом и молитвой и поклонением, а Запад – лживыми научными исследованиями и общественными переворотами.

В отличие от первых и вторых, Индия и Тибет страдают, и страдают страшно, не за рай небесный и не за рай земной, но за уничтожение жизни, за прекращение цепи перевоплощений, за отсутствие сознания и чувств, за нирвану. Потому что для них жизнь – это майя, обман, сансара, водоворот, в котором находятся люди и боги. Для них не существует ни небесного рая, ни, тем более, рая земного. Даже их боги не в раю, они имеют несчастье существовать, обмануты иллюзией собственной жизни, водоворотом сансары. И насколько люди ждут спасения от богов, настолько и боги ждут спасения от людей.

Поэтому Гаутама Будда имел смелость сказать: «Я пришел, чтобы спасти людей и богов!»

Действительно, ложное понимание религии и Бога там, где слышались эти слова. Но не менее ложны слова и на Западе, где говорят: наслаждайся! (Enjoy yourself, говорят англичане.) Это не только не может быть сказано христианскими народами, но даже лучшие и изысканные греческие философы не могли так сказать. Ни Сократ, ни Платон не мог позволить себе так говорить. Так стал говорить только тот, кто является уродством и болезнью греческой философии, — Эпикур. Он позволил себе сказать: «Бери у дня все, что можешь! Наслаждайся сегодня, потому что завтра можешь умереть навсегда. Бери все от каждого нового дня и высасывай из него все до последнего». Это язычество, к которому когда-то христианская Европа теперь пристрастилась.

Что можем сказать, оглядывая страдания восточного и западного человечества, на фоне огромной панорамы страданий ради несуществующей и неосуществимой цели?

Несуществующа и неосуществима цель, к которой стремится и ради которой страдает восточный исламский мир. Потому что на небе не существует телесный и чувственный рай.

Несуществующа и неосуществима цель, к которой тысячи лет стремится и ради которой страдает мир Азии. Потому что существует Бог, Единый и Единственный, Который сотворил все души и Который ждет их под свое крыло. Самоуничтожение есть преступление, а Нирвана – ложь.

Несуществующа и неосуществима цель научного и безбожного Запада. Рай на земле есть рай без пророка, такой рай не обещан и не предсказан, его не было и его не будет. Рай там, где любовь. А любовь там, где Отец. Поэтому рай не на земле, а на небе, он не чувственный, а духовный. Это не гарем, но ангельский сад.

Из всего этого ясно, что православные народы не могут находиться между Востоком и Западом, но — над. Особенно православные Балканы, которые прозябали в рабстве полтысячелетия, больше, чем какой-либо другой христианский народ. Балканы должны видеть ясно и отличать свет от тьмы и зерна от плевел.

Балканы не должны колебаться между Востоком и Западом, т.е. между исламским небесным, но чувственным раем и материалистичным раем западных народов.

Балканы — это не Восток и не Запад, и они не между Востоком и Западом. Но Балканы над Востоком и Западом . Потому что Балканы видят и провидят, что страдания западного человека — это страдания ради смерти и страдания восточного человека — это страдания ради смерти. Там, — чтобы с помощью аскезы достичь нирваны, здесь, — [чтобы] с помощью наслаждения умереть навсегда или сойти после смерти в подземные погреба, где продолжаются сладострастные оргии, начатые на земле.

Балканы должны стоять между всеми нечистыми раями Востока и Запада и должны знать, что существует Христов Рай, который не означает ни оргию, ни отчаяние. Только так христианская Сербия может получить Божественное задание — т.е. привлечь Восток к крещению, а Запад — к покаянию.

Во имя того, чтобы весь род человеческий был благословлен как одно стадо одного Пастыря, во веки веков. Аминь.

Рассуждение восьмое.

БОРЬБА ЗА ВИДИМОЕ И ЗА НЕВИДИМОЕ ПРОКЛЯТИЕ

Запад борется за видимое, Восток борется за невидимое.

Хороший вопрос — что такое видимое, а что невидимое. Видимое — то, что видит физический человеческий глаз или то, что видит дух человеческий? Видимое — то, что человек или другое живое существо видит физическими органами зрения или то, что только человек может увидеть своим внутренним зрением?

Современный Запад видит телесными органами зрения. И что видит? Только поверхность вещей: только покрывало вещей, но не то, что под ним, только домик улитки, но не саму улитку внутри.

Восток никогда не верил физическим органам зрения. Это несомненная его заслуга. Этим он поднял человека над животным. На этом и почиет вся восточная философия. Что глаз не видит, ухо не слышит и что в голову человеку не приходит — это действительная сущность бытия. Каждый восточный человек согласился бы с этим опытом апостола Павла (1 Кор. 2, 9). Но вряд ли кто из ученого Запада. Потому что ученый Запад построил всю башню науки на песке, т.е. основываясь на телесных органах зрения, осязания, обоняния, вкуса и слуха. На этом основывается вавилонская башня западного человечества.

Запад борется за землю, за земное благо над землей и под землей. И того, кто даст ему землю или земное благо над землей и под землей, он объявит великим человеком.

Восток возвеличивал святых и мудрецов, Запад — первооткрывателей и завоевателей. Политеистический Восток приписывал все величие своих святых и мудрецов им самим, но не богам. Поэтому своих святых и мудрецов он провозглашал богами, строил им храмы и приносил жертвы. И так продолжается до сегодняшнего дня.

И Запад все приписывал своим первооткрывателям и завоевателям, Богу — ничего. Но он не делал своих великих людей богами и не возводил им жертвенники. Он воздвигал им памятники из камня или металла — и все. Но памятникам никто не кланялся, перед ними не читали молитвы, не жгли свечи, не приносили им жертвы… Эти памятники — как памятники мертвым на кладбище. Чтобы живые не забыли мертвых, не так как на Востоке — чтобы мертвые не забыли живых. Разъедаемый сомнением в Едином Боге, Запад еще меньше был способен провозглашать людей богами. Для Востока это, однако, легко и просто. И сознание, и совесть восточного человека легко принимают то, что люди становятся богами, а боги — людьми.

Для Востока нет мертвых, для Запада нет живых. На Востоке тело считается маской и инструментом души. Когда дух отбрасывает тело, он продолжает жить, неважно — в новом теле и без тела вообще. Духи предков живут вблизи потомков. Поэтому им возводятся жертвенники. Вся Индия, Китай, Тибет и Япония с многочисленными островами украшены такими жертвенниками, посвященными духам. Эти духи принимают участие в жизни живых людей, своих родственников, а кроме них, существуют другие духи, которые всегда были бестелесны. Это духи воды и суши, гор и долин, пещер и скал, ветров и бурь, пустынь и дорог, луны и звезд. Одним словом, для восточного человека вся вселенная наполнена такими бестелесными духами, и она по сравнению с духами в теле, т.е. людьми и животными, как океан по сравнению с маленьким островом.

Но весь этот огромный мир духов, в который верят политеистические народы Азии и Африки, не имеют своего центра. Нет Единого Бога, Которого можно назвать словами из Священного Писания: Бог духов и всякой плоти (Числ. 16, 22). Нет, здесь все духи не связаны, не родственны, самовластны и неспокойны. Нет никого, кто бы разделил этот мир на правое и на левое, но все перемешано и поэтому неистинно. Одним словом, нет Христа, Разделяющего и Просвещающего.

Но каков бы ни был этот духовный мир, восточный человек готовится поспешно и старается стать членом этого мира. Потому что этот видимый мир для него — только одна ипостась вселенского колеса жизни. Главное — мир невидимый. Поэтому восточный человек и не заботится об этой жизни, об этом видимом мире, который испаряется быстро, как лужица воды под жарким восточным солнцем.

Запад перестал производить на свет святых и мудрецов. Это происходит с тех пор, как папы перестали быть святыми и мудрецами и превратились в политиков и ловкачей.

До этого рокового поворота Запад был православным и жил Христом и боролся за Царство небесное. Но после этого рокового поворота Запад хотел отвернуться от папы, но отвернулся от Христа. Возможность видеть духовный мир для него исчезла, и вместо борьбы за Царствие Небесное западное человечество начало без зазрения совести бороться за царство земное.

Это новая и новейшая история Европы. Она проходит под девизом: покорить и использовать. Так Запад говорит и делает. Покорить природу и использовать природу, конечно, не как Божье творение и с Божьего благословления, но завоевать как ничейную собственность, как врага, выжать из нее все в угоду сиюминутному наслаждению.

Но зачем все это? Разве западный человек не думает о том, что придет пора умирать, а тогда ему будут безразличны все его завоевания? Так с удивлением спрашивает восточный человек.

Нет, нет, западный человек никогда не думает о смерти, пока температура у него не поднимется до 40 градусов. У него нет времени думать о смерти. У него нет времени думать о жизни. Он не думает ни о жизни, ни о смерти, но только о том, как покорить и использовать; как покорить и использовать землю и воздух, огонь и воду, растения и животных, братьев и родных, соседей и соседние народы и страны. Он определил свой научный и культурный девиз: покорить и использовать, и он помпезно следует этому девизу. Он не видит духовный мир вокруг себя, а, не видя, не верует. Только спиритизм его иногда пугает. Церковь не пугает, папа — тем более. Но этот черный спиритизм, эта черная магия наполняет его тело ледяным холодом. «Что-то есть! Что-то должно быть!» — шепчет он, шепчет как будто с каким-то стыдом, с каким-то поверхностным упреком совести. Но это не останавливает его на его «славном» пути, не умаляет силу его лозунга: покорить и использовать. На этот роковой путь его привели его «великаны», первооткрыватели и завоеватели.

Православные народы должны стоять над обоими проклятиями, как восточным, так и западным. Они не должны бороться ни за такой духовный мир, в который верят на Востоке, ни за материальный мир Запада. Небо — Божье и земля — Божья. Существует духовный мир, еще более обширный, чем считает Восток, но этот духовный мир не самовластен и хаотичен, но все под властью Христа Бога, Который сказал: «дана мне всякая власть на небе и на земле» (Мф. 28, 18).

От Бога не может отречься ни небо, ни земля. Это особенно ясно православным балканцам, которые каждый день говорят и свидетельствуют — отрекшееся прoклято.

Итак, Балканы не могут находиться между Западом и Востоком, но над ними обоими, чтобы светить и тому и другому. Над Востоком и Западом.

от news24

Добавить комментарий