Любой, кто попадал в Дуэньяс, самый роскошный дворец Севильи, должен был уяснить: никто, ни человек, ни животное, не мог перечить Каэтане Альба, испанской герцогине, наследнице великого герцога Альба. Завоевателя Португалии. Победителя Барбароссы. Здесь растут пальмы, лавры, бугенвиллеи, апельсины и даже странное «пьяное дерево», ствол которого покрыт шипами. Но сеньора хотела видеть в саду гортензию — северный цветок, который любит дождь и туманы. Гортензия покорно выдержала целый сезон сильнейшей севильской жары.Любой, кто попадал в Дуэньяс, самый роскошный дворец Севильи, должен был уяснить: никто, ни человек, ни животное, не мог перечить Каэтане Альба, испанской герцогине, наследнице великого герцога Альба. Завоевателя Португалии. Победителя Барбароссы. Здесь растут пальмы, лавры, бугенвиллеи, апельсины и даже странное «пьяное дерево», ствол которого покрыт шипами. Но сеньора хотела видеть в саду гортензию — северный цветок, который любит дождь и туманы. Гортензия покорно выдержала целый сезон сильнейшей севильской жары.«Я всегда добиваюсь своего. У меня действительно скверный характер. И фотографироваться соглашаюсь, потому что, если откажусь, все подумают, что я несимпатичная, а я люблю нравиться», — сказала Альба, когда несколько лет назад позировала испанскому Vanity Fair в креповом платье цвета фуксии, приняв позу гойевской «Махи обнаженной». Говорила Каэтана медленно, очень медленно, неподражаемым тоном, который так часто пародировали на ТВ, но глаза ее намного опережали голос. Так во время грозы сначала видишь вспышку молнии и лишь потом слышишь гром. В ее глазах проскальзывали то ирония, то неудовольствие, а то и презрение.Сад во дворце Дуэньяс, за которым следили четыре садовника

от spletnik

Добавить комментарий