Суровый ветер перемен с Востока в свое время принес в Лондон Гогу Ашкенази. Кристофер Бэгли попытался разобраться в причинах и следствиях этого очаровательного стихийного бедствия — у нее на дому.Мне приходится «шерше ля фам»: в избытке дорогих вещей хозяйку замечаешь не сразу. Соревнуясь за внимание входящего, предметы стараются затмить ее. В лондонском доме Гоги Ашкенази не знаешь, куда смотреть – то ли на бесконечную ширму работы Пьера Бобо, то ли на канделябры- пагоды, а вот еще рисунок Пикассо с сумасшедшей лягушкой. Хозяйка шедевров предпочитает не теряться ни в мире вещей, ни в человеческом мире. Деловая женщина и светская дама в шелковом платье Lanvin, несколько часов назад прилетевшая в британскую столицу из Казахстана на частном самолете, полагает, что самая ценная вещь на свете – это азарт, которого у нее в избытке. Дворецкий наливает чай, и она садится в кресло с таким видом, будто ставит себя на самое видное место в доме: нельзя же позволить какому-то Пикассо забивать такую красоту. Если бы тридцатидвухлетняя Ашкенази думала по-другому, то, вероятно, не имела бы всего, что у нее есть.В списке достижений – дом за сорок пять миллионов в Холланд-парке, дружба с принцем Эндрю, ребенок от казахского олигарха, зятя президента этой нефте- и газоносной державы, диплом Оксфорда и трофеи с охоты – с настоящей, мужской, а не на мужчин. В общем, перед нами Остап Бендер в юбке. Способный усидеть сразу на двенадцати стульях.В огороды великих комбинаторов часто кидают камни: к Гоге долетают только драгоценные. «Только доллар нравится всем. А я – не купюра». Свои долларовые, фунтовые и прочие тенге женщина с авантюрной биографической справкой заработала, по ее утверждению, сама. Ашкенази – глава нефтегазовой компании MunaiGaz, которую она в 2004 году основала вместе со старшей сестрой. Девушки прильнули к живительной трубе в правильное время, когда других желающих не было – во всяком случае, сейчас принято считать, что не было.

от spletnik

Добавить комментарий