«Ты где, чепуши­ла? Я тебе сказа­ла ждать у входа, ты совсем тупой?» Я знаю эту девуш­ку, вы ее знае­те, составители списка гостей на мероприятиях ее очень хорошо знают.Пусть жена Илона Маска, певица Граймс, рассказывает о сеансах лечеб­ного крика с супервайзером (не мень­ше пятисот долларов в час, я полагаю) – русские красавицы повышают голос бесплатно, в машине и дома в пости­рочной. Там им при виде катышков на кашемире кричится лучше. Стоило ли покупать по совету Гвинет Пэлтроу кристаллы для душевного равновесия, чтобы потом кидаться розовым квар­цем в горничную? И даже умение об­щаться на неплохом французском с со­мелье в Eden Roc не отменяет оглуши­тельно бестактного обращения с пожи­лой няней или водителем. Это, навер­ное, потому, что «настоящая женщина умеет быть разной». Но мне трудно по­нять, я не женщина.В 2020­-м, спустя шесть лет после яркого высказывания Марии Байбако­вой о том, как увольнять прислугу и ко­му из нее место за хозяйским столом, большинство наших героев наконец научились выбирать выражения в пуб­личном пространстве соцсетей и теле­визора. Но только там – до теневого сектора «Домашний персонал» волна осознанности пока не докатилась, лучи добра туда не добивают. Возвращаясь с благотворительного ужина, духовной практики или паблик-­тока о высоких вибрациях, нам нормально устроить разнос домработнице за не так смотан­ный шнур фена.Я заметил, что даже лучшие из нас, продвинутые и современные, агрес­сивно не понимают то, что сейчас про­исходит в США. Иронизируют, кру­тят пальцем у виска. У нас нет black lives, но это не значит, что протесты от нас далеки, как вспышки на Солн­це. В Москве в «персонал», как прави­ло, идут мигранты – по сравнению с те­ми, у кого есть российский паспорт, они поражены в правах. И по­-русски говорят забавно. Хуже даже, чем ваш муж по­-английски. Но это не значит, что приличному человеку можно с ни­ми так обращаться. Одно дело – свет­ски снобировать тех, кто не в А­листе (хотя это тоже «фу»), и совсем другое – кричать на водителя. Кто-­то списывает это на пережитки прошлого: в девянос­тые и нулевые, на этапе первоначаль­ного накопления капитала, было не до культуры общения в принципе, не то что с домашним персоналом. А вот миллениалы и зумеры говорят уже не «персонал», а «помощники» и обща­ются с ними подчеркнуто, порой да­же несимметрично вежливо – этому их научила то ли впитанная в пансио­нах англосаксонская культура, то ли несимпатичный пример родителей, то ли страх. В прошлом году фильм «Пара­зиты» о сложных отношениях южно­-корейской буржуазии и обслуги собрал все ягоды с куста: и Канны, и «Оскар». Награды сейчас дают не за режиссуру, а за остросоциальную повестку – так тут нарыв и вправду болезненный.

от spletnik

Добавить комментарий