На съемках фильма «Дядя Ваня» случилось недопонимание – между Бондар­чуком, который играл доктора Астро­ва, и режиссером Андреем Конча­ловским. Об этом нам рассказал сам Кончаловский. Режиссеру требовался опустившийся человек, алкоголик – как Астров выписан у Чехова. А Бон­дарчук выглядел аристократом и франтом. Дело в том, что Сергей Федорович принципиально хотел сниматься в костюме, очень пижонском, который он привез из Италии. Ну такой каприз, если угодно.Наверно, имел право на каприз. Это уже 1970 год, Бон­дарчук, по сути, мировая звезда, у него «Оскар» за «Войну и мир». Он свой человек на Голливудских холмах и в домах европейских режиссеров.Надо сказать, пока мы делали фильм, у нас произошла очень сильная метаморфоза в отношении Бондарчука. Ну кем он был для нас, как и для всех наших людей? В первую очередь типичным советским мастодонтом, лауреатом Ста­линской, Ленинской и всевозможных других премий, авто­ром эпохальной «Войны и мира», которую мы все смотре­ли в детстве и уже позабыли. То есть мраморный барельеф, а не человек. И этот миф было интересно деконструировать, посмотреть на Бондарчука со стороны, на человека, кото­рый легко проникал сквозь «железный занавес» и обратно. Был своего рода Гагариным нашего кино. Выяснить, как его воспринимали современники и в какой момент он стал международной звездой. Нам важно показать его режиссе­ром в контексте не столько советского, сколько мирового кино, где есть Орсон Уэллс и Фрэнсис Форд Коппола, с кото­рыми он был, кстати, хорошо знаком, а Уэллс сыграл Людо­вика XVIII в «Ватерлоо».Режиссер Сергей Бондарчук с женой, актрисой Ириной Скобцевой на пляже Лидо в Венеции, 1983

от spletnik

Добавить комментарий