Что для продления молодости делает очень богатый пятидесятилетний мужчина? Набивает тату, надевает драные джинсы, бросает жену, с которой жил со студенчества, выводит в свет новую мать новых детей, меняет длинную лодку на очень длинную, перестает ходить в офис. Что-то еще? Ах, да! Уезжает в Лос-Анджелес и инвестирует в кино.Что для продления молодости делает очень богатый пятидесятилетний мужчина? Набивает тату, надевает драные джинсы, бросает жену, с которой жил со студенчества, выводит в свет новую мать новых детей, меняет длинную лодку на очень длинную, перестает ходить в офис. Что-то еще? Ах, да! Уезжает в Лос-Анджелес и инвестирует в кино.Сергей Саркисов, очень и очень богатый мужчина, совладелец страхового бизнеса «РЕСО», достигнув пятидесятилетнего рубежа, а случилось это семь лет назад, вписался в схему лишь отчасти. Тату набил, это — раз. Со службой у самого себя практически завязал, отойдя от оперативного управления компанией. Это — два. Джинсы — три. Новых детей, близнецов, родил. Это — четыре. Впрочем, в рамках существующей семьи, тут план засбоил. Да и лодку приобрел всего лишь двадцатиметровую. Зато с кино все как надо, но не без занудства: вместо того чтобы ехать в Голливуд и сорить невозвратными деньгами, поступил на Высшие курсы сценаристов и режиссеров. Для тех, кто не в курсе, — это здесь, в Москве, на Тишинке. Вместо того чтобы получить своего продюсера там, мы имеем начинающего режиссера здесь. Даже не одного, потому что кроме Саркисова-отца есть еще Саркисов-сын, тоже режиссер. Вернее, «тоже режиссер» — это как раз старший, а Ник, Николай Сергеевич, в кино подался первым. Ушел в него из врачей, из высшей их касты — хирургов. Учился восемь лет, в ординатуре уже оперировал, работал, совершенствовался, а потом понял, что всю жизнь резать и зашивать не хочет. И ушел, расстроив мать-врача и показав путь отцу-миллиардеру. Мама — прекрасная рассудительная Русудан — с выбором своих мальчиков уже смирилась: кино так кино, зато вместе.Сергей и Русудан в Грузии (2003)

от spletnik

Добавить комментарий