Стоит Софии Вергаре войти в комнату, как головы поворачиваются в ее сторону, челюсти стучат об пол, слова застывают на устах. Есть в ней что-то возмутительно вызывающее. Гипертрофированное, кричащее, вульгарное, абсурдное. Почти непристойное. В ней все чересчур: и пухлые губы, и глаза с поволокой, и безупречная сияющая кожа, и округлость бедер, и затянутая в рюмочку талия, и — особенно — грудь. Перебор во всем. Неполиткорректно. Может, ей не стоит так откровенно выставлять свои невероятные формы? К чему это бездонное декольте и заоблачной высоты каблуки? Платья на размер больше не было? Она ведь не просто одета — она завернута в подарочную упаковку! Почему бы не преподнести свою красоту как некий изъян, как досадную помеху на пути к высокой драме — испытанный ход многих актрис.Стоит Софии Вергаре войти в комнату, как головы поворачиваются в ее сторону, челюсти стучат об пол, слова застывают на устах. Есть в ней что-то возмутительно вызывающее. Гипертрофированное, кричащее, вульгарное, абсурдное. Почти непристойное. В ней все чересчур: и пухлые губы, и глаза с поволокой, и безупречная сияющая кожа, и округлость бедер, и затянутая в рюмочку талия, и — особенно — грудь. Перебор во всем. Неполиткорректно. Может, ей не стоит так откровенно выставлять свои невероятные формы? К чему это бездонное декольте и заоблачной высоты каблуки? Платья на размер больше не было? Она ведь не просто одета — она завернута в подарочную упаковку! Почему бы не преподнести свою красоту как некий изъян, как досадную помеху на пути к высокой драме — испытанный ход многих актрис.Почему она этого не делает? Потому что родилась не в США и безумная мысль о том, что все люди рождены равными, никогда не приходила ей в голову. И потому, что она католичка, выпускница монастырской школы и отлично понимает, что потребность в поклонении — не признак слабости характера, а вполне естественная для человека вещь. А еще потому что девчонкой Вергара была влюблена в Софию Лорен — истинного, без тени иронии, секс-символа.Мы договорились встретиться в ресторане при отеле Peninsula Beverly Hills с чайными сетами (чай плюс вино или шампанское) по цене от шестидесяти до восьмидесяти долларов. Мужчины здесь — либо официанты (поголовно латиноамериканцы) в застегнутых на все пуговицы белых рубашках с жилетами, либо бизнесмены в пиджаках, с галстуками и при портфелях. Когда ровно в два часа дня, минута в минуту, как честная девушка, Вергара появилась на пороге отеля, все произошло точно по схеме: головы, челюсти, застрявшие слова. Впрочем, публика тут воспитанная, и спустя мгновение все вернулись к своим разговорам или мобильникам, старательно делая вид, что не пялились на нее только что. София через весь зал прошла к столику, будто бы и не замечая произведенного фурора. Наверное, это и значит быть звездой: вести себя так, словно никто не смотрит.

от spletnik

Добавить комментарий