Признаки усталости — Фомин сегодня провел пять часов в рижском аэропорту — стираются, как грим, по мере того, как знатный лицедей открывает передо мной дверь за дверью. Вот люстра Thomas O’Brien, за эпопеей с доставкой которой следила вся Москва; вот статуэтки с Гималаев, где хозяин путешествовал с другом, певцом Игорем Григорьевым; вот триптих с олимпийской чемпионкой по прыжкам в воду в полете.Признаки усталости — Фомин сегодня провел пять часов в рижском аэропорту — стираются, как грим, по мере того, как знатный лицедей открывает передо мной дверь за дверью. Вот люстра Thomas O'Brien, за эпопеей с доставкой которой следила вся Москва; вот статуэтки с Гималаев, где хозяин путешествовал с другом, певцом Игорем Григорьевым; вот триптих с олимпийской чемпионкой по прыжкам в воду в полете.Клетчатые кресла Ralph Lauren, стулья и непраздного вида рабочий стол перешагнули через Садовое вместе с Андреем Владимировичем. Раньше он жил на Краснопролетарской и постоянно подчеркивает, как много в его жизни изменилось после пересечения магического кольца: «Просто небо и земля! Та квартира вся была в итальянском дизайне — пати-хата, абсолютно бессмысленная для меня сегодняшнего. Я был другим человеком, когда въезжал туда одиннадцать лет назад». К изменениям во внутреннем мире добавились внешние — прямо под окнами его гнезда вырос гигантский зеленый торт со взбитыми сливками. «Какой жестокий удар по фэншуй: у тебя в окне бетонный, мертвый дом, который непонятно когда заселят! Тут-то я и понял: пора бежать. Стал присматриваться к разным районам, и феномен Малой Бронной меня решительно очаровал».Квартира нашлась сравнительно быстро. Некогда подаренная городом легенде советского экрана Юрию Никулину, она перешла к его теткам, затем — к их наследникам, у тех вырос сын, и они решили разъехаться.

от spletnik

Добавить комментарий