Это такая прелесть, просто must. Я макароны с заварным кремом называю «Нежность», потому что кусаешь – и по телу разливается блаженство». Утки на английских тарелках Spode согласно кивают – их привел в движение Евгений Янин, оперативно вливший в нас с Юлией по бокалу «Тэтенже» и сбежавший от женских посиделок в гостиную смотреть телевизор. Серебряное ведерко на антикварном столе, полный «охотничий» сервиз, малина, черника, маленькие песочные корзиночки, цветные бокалы Baccarat – обычно так встречают с расчетом, что гость немедленно запостит сервировку в инстаграм. Я бы и запостила, но Юлия сказала: «Это не парадная квартира, не для «похвастаться». Я развесила фотографии бабушек, дедушек, дочерей, нашу свадебную – пусть все выглядит так, будто в Москве наша семья живет уже сто лет, а не с 1993 года. Но это только для нас, не для посиделок с друзьями».В Париже на кутюрной сцене Юлия Янина тоже, кажется, играла всегда – притом что первые показы делала в Риме на Alta Moda. В январе грядет юбилейное дефиле – Дому двадцать пять лет, – а потом ужин, где Юлия проявит себя и хлопотливой хозяйкой, и светской дамой. Она так себя проявляет где угодно, только не дома – в гостиной офиса на Тверской кормит клиентов «Нежностью», в угловой бархатной комнатке Cafe de l’Esplanade около Инвалидов поит «Пуйи-Фюме де Лядусет».А тут, в красном кирпичном доме на улице Фадеева, хозяйством занимается муж, который отвечает и за коммерческую составляющую Дома Yanina, и за очаг в гостиной. Мать семейства устраивает бенефис только на Новый год. Готовит кролика с черносливом и кулебяку с лососем. Развешивает на елке одну из трех – они чередуются – коробок с игрушками. Щедро декорирует камин.Очаг, впрочем, электрический, самого современного дизайна, и не требует от занятого человека особых усилий. Бытовой подвиг Евгения ограничивается покупкой в соседней «Азбуке» стейков и зелени для салата, чтобы накормить себя и четырнадцатилетнюю Марусю. Иногда, не каждый день, на его стейк претендуют прилетевшая из Парижа жена и их старшая дочь Даша – у которой есть жилплощадь и в Москве, и в Седьмом арондисмане. Но у родительского очага и книжных полок с собраниями сочинений Драйзера, Бальзака, обожаемого мамой Золя все равно уютнее.

от spletnik

Добавить комментарий